Констанс О`Бэньон - Сентябрьская луна

– Странно, что она все время молчит, – заметил Джек. – Насколько я знаю женщин, они вечно трещат без умолку.

Пит усмехнулся и решил подлить масла в костер его любопытства.

– А я знаю, как ее зовут! – заявил он. Джек недоверчиво покосился на друга.

– Откуда тебе знать? Что-то я не помню, чтобы она с тобой разговаривала хоть раз за всю дорогу.

– Зато я слыхал, как она в Клинт-Уэллзе говорила с младшим сынишкой Джесса Таннера. Она ему сказала, что ее зовут Камилла Кастельо. Миссис Камилла Кастельо.

Джек принялся перебирать в памяти всех известных ему женщин, но ему никак не удавалось вспомнить.

– Камилла? Камилла… Ты уверен, что она так назвалась?

– Угу. Я своими ушами слышал, как она сказала: «Миссис Камилла Кастельо». Да что уж там, Джек, признайся: ее тебе не раскусить. Ты знаешь только то, что она села в дилижанс в Новом Орлеане и следует до Сан-Рафаэля.

Джек покачал головой, не желая признать свое поражение.

– Ну положим, кое-что можно предположить. Должно быть, в Сан-Рафаэле у нее какие-нибудь родственники. И я готов держать пари, что она только что потеряла мужа.

– А как тебе этот птенчик, которого она везет с собой? А, Джек? Я в жизни ничего подобного не видывал! Сущий дьявол! Слава Богу, он в клетке, а то бы я страху натерпелся. Похоже, он злющий, как черт, – заметил Пит.

– Может, оно и так, но она заплатила полную стоимость за второе место, чтобы эта птица могла путешествовать с ней в карете. Стало быть, и говорить не о чем: имеет полное право.

– А тебе не кажется странным, что эта миссис Кастельо совсем не разговаривает с другими пассажирами? Каждый вечер, стоит нам добраться до ночлега, она покупает сырое мясо для своей пташки, кормит ее, а потом открывает клетку и пускает полетать на воле. Когда птица возвращается, эта леди идет прямо к себе в комнату и не показывается до самого утра, пока не настанет пора снова трогаться в путь.

Джек задумчиво почесал щетинистую щеку. Все его мысли по-прежнему были заняты загадочной миссис Кастельо и ее пернатым хищником, готовым, судя по всему, вцепиться в глотку кому угодно по приказу хозяйки.

– Да, странная леди… Хоть убей, Пит, не знаю, зачем она едет в Сан-Рафаэль!

Впереди показался крутой подъем, и Пит остановил лошадей. Поскольку карета была перегружена багажом, пассажирам предстояло выйти и взобраться пешком на вершину косогора. Как только Пит остановил упряжку, Джек спрыгнул на землю.

– Просим всех покинуть дилижанс! Пора на прогулку! – громко прокричал он.

Рой Уоткинс первым вылез из кареты, недовольно ворча.

– Мне кажется, человек имеет право получить то, за что заплатил! – кисло заявил он. – Я заплатил за проезд, а вместо этого мне то и дело приходится идти пешком.

– В здешних местах, мистер Уоткинс, – наставительно объяснил Джек, окидывая Роя неодобрительным взглядом, – на пути часто попадаются препятствия – в том числе и непредвиденные. Кроме того, мы привыкли оказывать уважение женщинам. Пока вы едете в дилижансе, советую об этом не забывать. В следующий раз, когда вас попросят выйти и пройтись пешочком, вспомните, что вы джентльмен, и пропустите дам вперед. И не рекомендую спорить со мной: я нахожусь здесь именно для того, чтобы следить за порядком.

Мистер Уоткинс нахмурился, но ничего не ответил. Следом за ним в дверях кареты показалась Нелли Трэйверз. Джек протянул ей руку, чтобы помочь спуститься, и она благодарно улыбнулась ему.

Может быть, в неярком освещении салуна Нелли бы выглядела не так уж и плохо, но в беспощадном свете солнца Джек ясно различал сетку мелких морщинок в уголках ее глаз и около рта. Под толстым слоем пудры эти морщинки были особенно заметны. Взглянув на атласное платье и шляпку Нелли ярко-красного цвета, Джек подумал, что не стоило бы этой дамочке одеваться так броско. В более скромном наряде она, пожалуй, могла бы выглядеть посимпатичнее.

В проеме двери появилась последняя пассажирка, и Джек торопливо протянул ей руку. Эта женщина опять пробудила его любопытство. Ее черты по-прежнему были неразличимы за густой черной вуалью, но когда она оперлась на его локоть, чтобы спуститься со ступенек, он с удивлением заметил, что ручка у нее белая и нежная, совсем молодая. Его любопытство возросло многократно. Эта женщина – или девушка? – явно никогда не знала тяжелой работы: у нее были руки настоящей леди. Но настоящие леди не путешествуют в одиночестве, без должного сопровождения и без горничной! И к кому все-таки приехала в Сан-Рафаэль?

– Спасибо, – вежливо и негромко поблагодарила она.

У Джека был тонкий слух. Он мог бы поклясться, что молодая дама родом из Техаса.

Но пока упряжка лошадей с трудом тащила тяжелую карету в гору, Джек вспомнил о своих прямых обязанностях. Все его чувства сразу обострились, а палец лег на спусковой крючок карабина. Если им суждено угодить в засаду, то скорее всего это случится именно здесь: лучшего места не придумать. Джек взвел курок и внимательно осмотрел окрестности. Никто не мог предугадать, когда заявятся с визитом проклятые команчерос. Вот уже несколько лет они были настоящим бедствием для Западного Техаса.

Команчерос представляли собой крупную и пеструю по составу банду, в которую входили и мексиканцы, и индейцы, и белые. Они обычно появлялись из-за мексиканской границы для совершения торговых обменов с армией и с индейцами, но по пути грабили и убивали всех подряд. Справиться с ними было невозможно: когда действия команчерос начинали привлекать слишком пристальное внимание местных блюстителей порядка, они просто переходили границу и отсиживались в Мексике, пока шум не утихал.

Джек никогда не забывал и об угрозе со стороны индейцев-апачей. Недооценивать ее не следовало, хотя так далеко на запад апачи не заходили уже больше года.

Трое пассажиров шли на некотором расстоянии от экипажа, чтобы не попасть в облако пыли, поднятое лошадьми. Похоже, Нелли нелегко было взбираться по крутому склону: она отдувалась и поминутно останавливалась, стараясь перевести дух. Женщина в черном, видимо, заметила, что Нелли тяжело, и протянула ей руку.

– Позвольте вам помочь, мисс Трэйверз, – тихо предложила она.

Нелли на мгновение растерялась: с этой женщиной она путешествовала в одной карете вот уже две недели, но впервые за все это время услыхала ее голос.

– Вы очень добры, мэм. Мне и вправду надо бы на кого-нибудь опереться. Я уже не так молода и здорова, как в былые дни.

Женщина в черном только кивнула в ответ. Взяв Нелли под руку, она повела ее вверх по косогору.

Дилижанс скрипел и стонал при подъеме на крутой перевал. Когда Пит наконец остановил упряжку, Джек Морган распахнул дверцу и помог обеим женщинам забраться в карету. При этом он бросил грозный взгляд на мистера Уоткинса, словно напоминая, что ему следует подождать своей очереди.